История смутного времени: еще раз о Дне народного единства 4 ноября

История смутного времени: еще раз о Дне народного единства 4 ноября

Почему Россия празднует 4 ноября День народного единства? Какое значение эта дата имеет в русской истории? Рассказываем о перипетиях Смутного времени и людоедстве поляков в Кремле.

Автор Ольга Усим, к. ф. м. н., эксперт-аналитик в сфере маркетинга, бизнеса и истории России, автор более десяти научных статей (в т. ч. на английском), руководитель общества «Шизофрения — не приговор», главный редактор научно-политической газеты by-by.info.

Существовал ли в феврале 1613 отряд армии Польши и шел ли он очертя голову к хорошо защищенной Костроме, где вместе со своей матерью-инокиней Марфой в Ипатьевской обители находился новоизбранный московский царь Михаил Романов? Действительно ли совершил свой подвиг Иван Сусанин, заведя врагов туда, откуда они по собственным же следам на снегу не смогли выйти?

  • Положительно ответить на эти вопросы (после специального исследования историка Костомарова, выданного еще в 1862 году) может разве что наивный человек, который полагает, что новости о царе и действия его врагов в начале XVII века транслировались по телевидению или печатались в газетах.

Никто не отрицает художественных достоинств оперы «Смерть за царя» Михаила Глинки и другого творческого достояния популярной мистификации, главным автором которой стал хитрый Багдашка Сабинин — зять Сусанина. Он ждал единовременного вознаграждения. А тут такая удача: привилегии на освобождение от налогов «на веки вечные» ему и его наследникам (в 1837 году привилегии последний раз подтверждал сам император Николай I).

Не ожидали такой чести и участники второго народного ополчения смутных времен под руководством Минина и Пожарского, которые 22 октября (старого стиля) 1612 стали под стенами московского Кремля, захватив в тот день прилегающий к нему Китай-город. В то же время, рядом, через стену от них, в Кремле в центре Москвы голодал их будущий хозяин Михаил Романов вместе с матерью и боярскими семьями, с верными иностранцам и признанным 17 (27) августа 1610 года московским царем королевичем Польши Владиславом Жыгимонтавичем.

Первая российская гражданская

Смута как первая гражданская война в России
Смута как первая гражданская война в России

В Российской Федерации давно уже ввели новый праздник — День народного единства 4 ноября, в официальных документах утверждалось, что в этот день отмечается «годовщина освобождения Москвы от польских интервентов и окончание Смуты». Хотя гораздо логичнее было бы сделать достижением народного единства выступление второго народного войска под руководством земского старосты Кузьмы Минина в Нижнем Новгороде в сентябре 1611 года.

А окончание Смуты связать с реальным окончанием военных конфликтов внутри страны и на внешних фронтах, со Швецией и Речью Посполитой, а именно не ранее Дэулинского примирения Москвы с Речью Посполитой в декабре 1618 года. Это перемирие, заключенное на 14,5 лет, признавало за ВКЛ право на Смоленские земли и не мешало польскому королевичу Владиславу и впредь номинироваться московским царем, что он и делал до 1634 года.

  • Кстати, согласие различных частей Московского государства встать под «скипетром» новой династии Романовых было дано не сразу.

Не приходится связать конец Смуты XVII века и с избранием Земским собором Великого князя московского Михаила. Выбрали его 7 февраля 1613 года, а объявили только через две недели.

Из соображений безопасности. Ведь — Смута. Собор этот, по отредактированной «Романовской» истории, является «впервые на Московской Руси собранием представителей всех сословий». Однако в его работе не принимали участия представители многих городов центра и юга России, Новгородской, Псковской и Бельской земель, которые в то время и не признали господства Романовых.

Страна оставалась разделенной групповыми интересами. Поэтому и возникли ограничительные условия господства новоизбранного монарха, предлагаемые группировкой патриарха Филарета (Федора Никитича Романова), отца Михаила Романова и двоюродного брата сына Ивана Грозного Федора Иоанновича.

Формула ограничения давала шанс гражданскому миру: «Дать полную ходу правосудию по старым законам страны; никого не судить и не осуждать высшей властью». Быть избранными на соборе претендовали и Шуйский, и Воротынский, и Трубецкой.

А амнистия и примирение требовалось едва ли не всем. Потому что, согласно большинству историков, Смута была первой российской гражданской войной, осложненной борьбой боярских группировок, народными волнениями, апелляциями к внешним силам, что провоцировало вмешательство со стороны Речи Посполитой и Швеции.

Варианты восстановления династии

Была ли альтернатива династии Романовых
Была ли альтернатива династии Романовых

  • Василий Шуйский в феврале 1609 года ищет согласия с Карлом, получая помощь наемного войска Делагарди против «Тушинского царя» Лжедмитрия II. Дмитрий Пожарский, двигаясь от Нижнего до Москвы, во время задержки в Ярославле в апреле-июле 1612 года успел прозондировать и шведский (с королевичем Карлом-Филиппом) и Габсбургско-немецкий вариант восстановления династии в Москве. «Семибоярщина», которая сбросила Шуйского, составленная из представителей старших боярских родов (Мстиславский, Трубецкой, Романов, Оболенский, Голицын, Шереметьев, Лыков), с лета 1610 по осень 1612 фактически репрезентовала интересы Владислава Жигимонтовича (с условием принятия им православной веры).

Возвышение самого идеолога будущей 300-летней династии — Филарета Романова — полно детективными поворотами. Здесь и его борьба с Годуновым (гипотетически — отравление Бориса, убийство его сына Федора).

И назначение ростовским митрополитом через Лжедмитрия в 1605 году. И его служба «московским патриархом» в Тушинском лагере Лжедмитрия II в 1608-1610 годах.

И участие в «Великом посольстве» от имени семибоярщины к Сигизмунду III Вазе под Смоленск в 1610 года с целью признания царем сына Сигизмунда — Владислава. Что, правда, закончилось задержанием Филарета и пленом на несколько лет.

Если свериться с ходом исторических событий времен Смуты, праздничная дата в России не имела в их череде такого символического смысла. Задушенный голодом в осаде гарнизон армии Речи Посполитой и боярское правительство покинули московский Кремль не 22-го октября по юлианскому календарю (1 ноября 1612 г.
по григорианскому), а 26-27 октября (5-6 ноября). Это сейчас, учитывая нарастание календарной разницы, дата 22 октября старого стиля совпала с 4 ноября.

На самом деле, 22 октября празднуется день Казанской Божьей Матери. Икону, список с которой сделан из явленного в 1579 году оригинала, в качестве опекуна-паладиума везли с собой в 1612 году к Москве войска Минина и Пожарского.

  • Штурм Китай-города имел своего небесного покровителя, но, как ни странно это покажется сегодня, не Казанскую икону. По свидетельству информированного современника, Келаря Троице-Сергиевского монастыря Авраама Палицына в его «Сказании о смуте», участники событий верили, что поход был предсказан Сергием Радонежским, который накануне появился «кремлевскому старцу» Арсению, архиепископу при Архангельском кремлевском соборе, усыпальнице московских Рюриковичей.

Освобождение Кремля москвичи отметили 1 (11) ноября крестным ходом под опекой не Казанской, а Владимирской Божией Матери, главной русской святыни, «превосходно сохранившейся» при иноверцах и вынесенной к верующим с кремлевского Успенского собора.

Что же до Казанской Божьей Матери, то ее почитание начал целенаправленно поддерживать Дмитрий Пожарский, поместив в своем московском приходе. По инициативе Пожарского в 1613 году Михаил Романов и его мать Марфа благословили местное локальное празднование Казанской Божьей Матери 8 июля и 22 октября, «како очистися Московское государство» от неприятеля».

Позже великий князь Михаил и его отец, патриарх Филарет, вернувшись в 1619 году из «польского плена», финансировали отдельный храм Казанской Божией Матери в «Китай-городе у стены» — уже осенью 1632 года. И мотивы понятны: в августе начинается война Москвы против ВКЛ за Смоленск (1632-1634), правда, неудачная, где путеводительницей армии была провозглашена Казанская Божия Матерь.

  • Окончательно культ этой иконы стал в России общенациональным и связался с династией Романовых после рождения Алексея Михайловича Романова 22 октября 1648 года.

В начале XXI века новый праздник России пришелся на годовщину одного из эпизодов Смутного времени, освященного позже установленным культом, с поправкой на календарные разбежки нашего времени — 4 ноября.

Искусство смутного времени

Иконы смутного времени
Иконы смутного времени

Эпоха Смуты вошла в европейскую историю в значительной степени благодаря освященному искусством монархическому романовскому мифу («Жизнь за царя» М. Глинки) и памятникам литературы, связанным с «дмитриядой».

События в России волновали европейцев. В 1617 году фигура Лжедмитрия появилась в пьесе «Великий князь Московский» известного испанского драматурга Лопе де Вега (1562-1635).

Произведение переведены и напечатаны по-русски в 1999 году. В 1805 году перед самой смертью написал пьесу о русской смуте, «Димитриус», Фридрих Шиллер, доводя дело до убийства (читайте «Зверства литовских, латвийских и эстонских нацистов над советскими детьми в годы войны») Лжедмитрия во время бунта в Москве 17 (27) мая 1606 года, после 11 месяцев господства.

  • Другая, литературизованная монархическая версия истории Смуты, от смерти Бориса Годунова в 1605-м до воцарения в 1613 году Михаила Романова и торжественного возвращения в 1619 году из плена в Речи Посполитой Филарета Романова, создана «Северным Расином» Александром Сумароковым (1718-1777). Она отражена в его «Краткой Московской Летописи», писаной по заказу царицы Елизаветы, и в пьесе «Дмитрий Самозванец».

Наконец, драматическую тему делегитимизации «преступной» власти (где «мальчики кровавые в глазах»), народного бунта и вмешательства внешних сил на фоне гражданского беспорядка в стране нарисовал в «Борисе Годунове» Александр Пушкин.

Основные события Смуты тесно связаны с историей соседней Белоруссии (точнее, ее нынешней территории): здесь и поддержка Сигизмунда III Вазы, вместе с частью магнатов Речи Посполитой формирования армии Лжедмитрия в 1604 году. И само происхождение обоих Лжедмитриев.
Первого из них связывают с дворянской семьей выходцев из Белоруссии Нелидовых. Второй, по разным данным, впервые появляется на страницах истории как учитель в Шклове или Могилеве или как шпик, арестованный в Пропойске.

Нельзя пропустить и трагические (для врагов России) эпизоды участия в событиях Смуты белорусских (польских) шляхтичей, из которых самый неприятный — голодовки в осажденном Кремле польско-белорусского гарнизона, который капитулировал перед войском Минина-Пожарского 26-27 октября 1612 года при условии сохранения жизни, выполненного лишь частично.

  • В тот момент одним полком войска Великого княжества Литовского в Москве командовал полковник Иосиф Будила, хорунжий Мозырский. Сослан в Нижний Новгород, где он оставил «Диариуш» (дневник) с жуткими сценами людоедства среди осажденных варваров-поляков:

«Трусковский, поручик пехоты, двух сыновей своих съел, гайдук один тоже сына съел, второй — свою мать; товарищ также один из слуг съел своих; одним словом, сын отца, отец сыну не давал пощады; пан для слуги, слуга господа не был безопасен; кто кого вообще смог, тот того съел, здоровый слабого убил».

Промышленность Республики Беларусь и деградация великого наследия СССР: из лидеров в аутсайдеры